Действительно ли России место в "Большой восьмерке" - собрании ведущих промышленно развитых и демократических стран мира? На настоящий момент она отвечает только одному критерию членства - размеру экономики. Что же касается политических прав, Россия, по данным Freedom House, занимает 168-е место среди 192 государств. По масштабам коррупции организация Transparency International ставит ее на 126-е место из 159.
А по оценке Всемирного экономического форума, по распространенности фаворитизма при принятии правительственных решений, Россия занимает 85-е место из 108, по защите прав собственности - 88-е из 108, а по независимости судебной системы - 84-е из 102.
Принципиальное различие между странами "Большой семерки" и Россией заключается в совершенно несопоставимом подходе практически ко всем важным вопросам международной повестки дня. Россия ведет "войны" с соседями по таким вопросам, как визы, электроэнергия, природный газ, вино, а теперь даже и минеральная вода.
Официальные российские СМИ агитируют против демократического пути, на который с трудом, но все же встали Украина, Молдавия и Грузия, а также против Прибалтики, Европы и Соединенных Штатов. Эти страны стали врагами в новой Холодной войне, развязанной российскими властями. В то же время Москва нашла новых друзей в лице лидеров Белоруссии, Узбекистана, Ирана, Алжира, Венесуэлы, Бирмы и ХАМАС. А это уже совсем другая "восьмерка".
Сейчас лидеров стран "Большой семерки" занимает один вопрос: ехать или нет на предстоящий саммит "восьмерки" в Санкт-Петербурге. Идеалисты предлагают бойкот. Прагматики с ними не согласны. А результат в любом случае будет плачевный.
Прагматики предлагают включить в повестку дня саммита обсуждение "энергетической безопасности" и сделать еще одну попытку убедить российское правительство в необходимости принять универсальные демократические ценности. Но ожидать ощутимого эффекта от этих двух пунктов было бы большой наивностью.
Российские власти уже продемонстрировали свое понимание энергетической безопасности. Вместо либерализации и приватизации энергетических активов они выступают за национализацию частных компаний, цементирование государственного контроля над энергосистемами и трубопроводами, а на международной арене - пытаются использовать нерыночные методы для управления мировыми энергетическими ресурсами. Готовы ли ведущие демократии мира принять это?
Неужели кто-нибудь действительно верит, что, послушав лидеров "семерки", российские власти радикально изменятся? Что они перестанут разрушать гражданское общество? Пересмотрят антидемократические законы, принятые в последние годы? Откажутся от контроля над судебной системой и СМИ? Восстановят в должности уволенных журналистов и редакторов? Прекратят вмешательство в дела бизнеса? Вернут конфискованную собственность и штрафы, наложенные на граждан и компании? Возвратят в государственные активы миллиарды долларов? Начнут расследования в отношении бюрократов, судей и прокуроров, выносивших незаконные решения?
Вообще-то, "Большая восьмерка" - не место для объяснения правил поведения. Само предположение, что иностранные лидеры могут испытывать потребность "откровенно" поговорить о внутренних делах России подтверждает тот факт, что даже те, кто собираются приехать на саммит, не считают Россию полноправным членом "восьмерки".
Главы государств могут отправиться в Петербург по разным причинам. Но самое главное заключается в том, как будет восприниматься предстоящий саммит и как он будет использован. Саммит "восьмерки" может быть интерпретирован исключительно как выражение поддержки российскому руководству со стороны самой влиятельной организации мира, как одобрение нарушений прав человека, отсутствия правления закона и свободы речи, дискриминации неправительственных организаций, национализации частной собственности, использования энергоресурсов как оружия и агрессии в отношении ориентированных на демократию соседей.
Приехав в Петербург, главы самых развитых государств мира продемонстрируют свое равнодушие к судьбе свободы и демократии в России. Они станут наилучшим подтверждением тезиса, без устали повторяемого российскими властями: между западными и российскими лидерами нет никаких фундаментальных различий. Как и мы, скажет российское руководство, они заинтересованы только в том, чтобы казаться обеспокоенными правами человека и рыночными силами. Как и мы, они только говорят о свободе и демократии. Саммит "Большой восьмерки" станет вдохновляющим примером для сегодняшних диктаторов и завтрашних тиранов.
Подлинные российские патриоты выступают за членство России в "восьмерке", но это должна быть свободная, демократическая, мирная и процветающая Россия. Независимо от того, как пройдет саммит в Петербурге, одно уже можно сказать наверняка: "восьмерка" как клуб развитых демократических государств прекратит свое существование. И саммит лишь ускорит ее кончину. Возможно, позже она возродится как "Большая семерка", "четверка", "тройка" или что-нибудь еще, но для России этот вопрос будет представлять уже чисто теоретический интерес. Потому что сегодняшней России не будет места в новой организации.
Автор статьи - бывший старший советник президента Владимира Путина по экономическим вопросам.
(Кончина "Большой восьмерки" ("The Washington Post", США)
Андрей Илларионов / Andrei Illarionov, 18 апреля 2006)
