Эпиграф:
"Я ехал в вагоне по самой прекрасной,
По самой прекрасной земле..." (пестня)
Я ехал в вагоне, я плыл пароходом
И в лайнере гордо парил
И в гидрокостюме в пустыне Сахара
Зыбучие льды покорил
Над самым Парижем я словно фанера
Летел от неправильных пчел
И видел я свет в окончанье тоннеля –
То поезд навстречу мне шел…
Не пел и не прыгал, и даже не вякал,
Под крана стрелой не стоял,
Но кто-то в июне с горы Фудзияма
Мне нА бошку прямо упал…
Мне было не больно, и я улыбался
Вот так и стою до сих пор
В коньках первомайских, в которых катался
Пока тот пикировал с гор…
Стою, улыбаюсь, и слюни стекают…
Зачем я кататься решил?
Вот если б не этот японец на лыжах –
Уже б Эверест покорил…



У мужского состава уже есть свои фанатки.

жертва медицины…
стеснительный, конечно,
грозный чё-то очень
поздравительный, однако…
бьется головой об землю…
оборотень голубой в фуражке,
Вот с этим тоже не совсем понятно…
А это что? Горчичничек? Занятно…
прется, нюхая из трубки,
подбородок уж до дырки прочесал
всё понятно – просто губки…
? Всю сцену заблевал…
два в одном: лицо и жопа.
А это, видно, стасика портрет…
чтоб сказать кому-то: не-е-ет!
хочется сказать особо:





