Дарственная в реанимации

[юпи]

Добрый день.
27.07.2011г. в возрасте 81 года умерла моя бабушка. После ее смерти открылось наследство в виде жилого дома общей площадью 46,6 кв.м., расположенного по адресу: Новосибирская область, г. Барабинск, и земельного участка площадью 600 кв.м.
С возраста полутора лет меня воспитывала моя бабушка, мать никакого участия в моем воспитании не принимала и проживала отдельно от нас. С матерью мы не общаемся по причине её частых употреблений алкоголя, скандалов, оскорблений и драк. После 17 лет я уехала учиться в Кемеровский институт. Затем проживала в Новосибирске в общежитии хлебозавода. Приезжала к бабушке 2 раза в год, пока не вышла замуж и родила первого сына. После – раз в год. Одна воспитываю двух детей 8 и 2,5 лет. С бабушкой всегда созванивалась и знала все подробности её жизни. За бабушкой всегда ухаживали семья младшей дочери (моей тёти). Мать (судима за воровство) проживала в Челябинске, приезжала раз в год в лучшем случае. Вторая дочь бабушки (тетя моя) умерла в апреле 2009 года.
Осенью 2009г. бабушка составила завещание, где она распорядилась своим имуществом: ½ доли была завещана матери, ¼ доли мне, внучке, ¼ доли внучке второй внучке (моей двоюродной сестре). Но матери это не понравилось, и она стала звонить, плакать и ругаться. « Я - твоя единственная дочь – ты должна всё переписать мне!». Мать приехала осенью 2009 года и забрала все документы на дом бабушки в Челябинск - сказала сделать копию, а то в Барабинске дорого. В марте 2011 года, бабушка попросила мать как пенсионерку приехать к ней. Мать приехала 3 июля, через 2 дня у бабушки случился инсульт и она попадает в больницу. с 6 по 9 июля бабушка находилась в реанимации. 15 июля бабушку выписали, 27 июля она умерла.
Все три наследницы до истечения 6 месяцев обратились с заявлением о принятии наследства после смерти бабушки к нотариусу Донцовой Л.С. Я подала заявление 03.11.2011г. Нотариус приняла мое заявление.
Мать забрала из спорного дома все правоустанавливающие документы и выехала из г. Барабинска.
По истечение 6 месяцев я обратилась к нотариусу Донцовой Л.С. для оформления свидетельства о праве на наследство, но нотариус отказалась оформлять свидетельство так как мать, у которой находились документы не представила из в нотариальную контору.
10.03.2012г. нотариус, при очередном обращении к ней, сообщила, что ни я, ни сестра никаких прав на имущество бабушки не имеем, так как мать предоставила ей договор дарения от 07.07.2011г. по которому 100% имущества бабушка подарила матери. (3 июля 2011г. приехала мать ухаживать за бабушкой, через 2 дня у бабушки инсульт случился и в реанимации 7 июля 2011 "она составила договор дарения").
Мне известно, что на момент составления и подписания договора дарения бабушка перенесла инсульт и в период с 6 по 9 июля 2011г. находилась в реанимационном отделении узловой железнодорожной больницы г. Барабинска, а по 13 июля в терапевтическом отделении этой же больницы в тяжелом состоянии. К ней никого не пускали, у нее отнялась речь, была парализована, она ничего не могла подписывать по состоянию здоровья, так как не понимала, что с ней происходит и где она находится. 27.07.2011г. бабушка умерла.
Мне известно, что 11.07.2011г. бабушка «выдала» матери доверенность на регистрацию договора дарения в УФРС, а 12.08.2011г. этот договор был уже зарегистрирован в УФРС по Новосибирской области.
В настоящее время мать распродает имущество бабушки, а спорный дом с участком земли выставила на продажу.
Вопрос- возможна и правомерна ли сделка договора дарения, от 7 июля 2011года бабушки с инсультом в реанимации (говорила по слогам – нарушена речь, парализована частично правая часть), 11 июля 2011г доверенности о представлении бабушки во всех организациях и правом подписи её дочерью. Бабушка умерла 27 июля2011г, регистрация права собственности по договору дарения 12 августа 2011 года. Т.е. почти через 3 недели после смерти бабушки.
Действительны ли были доверенности и дарственная на момент смерти бабушки? В договоре дарения написано, что он "вступает в силу с момента гос. регистрации", а бабушка умерла за 2,5 недели до регистрации права.
Есть ли шансы оспорить дарственную?
Могла ли законно мать сделать на себя доверенность для регистрации договора дарения на себя и сама же с собой оформлять договор дарения в УФРС? («Ответ: 17.02.2012 20:50 / Татьяна Александровна
Нет, это должен сделать даритель лично или другое лицо по доверенности. Доверенность заверяется нотариально. Поверенный не может совершать действий по распоряжению имуществом, указанным в доверенности в отношении себя.»)

[юпи]

Хочу добавить историю чтобы была ясна общая ситуация.
Т.к. моя мать в суде кричала, что она меня «ростила, воспитывала, всё отдавала и я так с ней поступила», мужу говорила что «это Мамочкин гад во всём виноват, хотел чтоб бабушка всё переписала на его дочь (Флягину Елену Сергеевну) и у меня есть свидетели..», «это было решение мамы и соседи могут подтвердить, что бабушка перед смертью на всех обиделась и говорила – «Всё - Лили! Всё - Лили!», я знаю что она будет врать, изворачиваться и поливать всех грязью, всё переворачивая и обвиняя всех (по профессии она – инструктор по культурно-массовой работе), я хочу рассказать вам историю, поверьте, мне это очень неприятно, но картина должна быть полной.

У бабушки было 2 дочери. Мать очень отличалась от своей родной сестры (Мамочкиной Ольги Александровны). Тётя Оля - очень спокойная, всегда дома, а мать - бегала по танцам, дралась с мальчиками, дразнила её. Бабушка всегда вздыхала: «в кого она у нас такая.. ».
У неё было много ухажёров и она этим очень гордилась. Вышла замуж в 21 год за зэка (Хабарова Юрия Вениаминовича), но родителей они обманули – сказали, что он с армии пришёл. Дедушка замечал, что вёл он себя не как солдат.
Родилась я. Жили родители в частном доме у вокзала. Хабаров мать поколачивал, она кричала и убегала через окно, я плакала у печки. В доме были такие крики, что когда бабушка забирала меня на выходные, соседи просили её – заберите ребёнка – они её убьют. Я очень плакала, когда меня возвращали обратно, и кричала «баба – к тебе!».
Мать, смеясь, рассказывала, как она бросала мне в кроватку котёнка, чтоб мне было нескучно, и уходила «в магазин», прихожу, говорит – вы оба орёте исцарапанные, почему – то её это веселило…
Отца посадили. Мать кричала – люблю, не могу, жить не хочу, стала гулять, вести себя так, что бабушка, не справляясь с ней, и не желая, чтоб она их позорила в городе, где она работала учителем, отправила её к двоюродному брату Щегорцову Владимиру на Урал, в город Златоуст. Пожалев меня и оставив у себя «пока мать не устроиться». Бабушка сказала, что мне было 1,5 годика.
Воспитывали меня бабушка (Огажаева В.А.) и дедушка (Огажаев А.И.), тётя (Мамочкина О.А.) и дядя (Мамочкин С.Е.).
Мать я воспринимала как тётю, которая приезжала раз в год с разными мужчинами и дарила мне сладости, игрушки, платья, раз в полгода, наверное, присылала посылки. Иногда она пропадала надолго, и бабушка переживала «ни звонков, ни писем…. Может, пристукнули уже где…» и звонила, искала её.
Помню, что когда я плохо себя вела – меня пугали – «отправим тебя к матери!». Я этого очень боялась – уехать к тёте непонятной, которую я видела редко и не знаю, что там со мной будет.
Когда я подросла, бабушка начала возить меня к матери в гости в Златоуст лет с 4х.
Однажды, когда мы приехали – дверь в комнату в общежитии была заперта, бабушка оставила меня у соседей с детьми и ушла на весь день, потом мы уехали, так и не увидев мать. Потом лет в 20 бабушка плача, рассказала, что она сидела в это время в тюрьме за кражу…
Когда я стала постарше – мать начала меня бить, когда приезжала – так она хотела меня воспитывать (била с ожесточением, сильно злясь). Била и кричала за то, что я ей спутала планы, потому что заболела, а она не знала чем лечить, и пора было ехать на барахолку, и я с температурой поехала.
Однажды в Челябинске, куда мы приехали на барахолку, чтоб купить мне вещи к школе, посреди улицы она меня очень сильно била (люди, проходящие мимо, пытались заступиться за меня) за то, что я её опозорила и не пробила в транспорте билет, а ей выписали штраф.
В другой раз, помню, она накинулась на меня со словами « я тебя родила, я тебя могу и убить», но бабушка закрыла её в ванной и успокаивала.
Рассказываю, чтоб было понятно, что слово «мама» в нормальном понимании для меня отсутствует. Я её очень боялась.
Когда я училась в шестом классе, мать приехала меня забирать к себе, кажется, она получила квартиру. Я рыдала и умоляла бабушку не отправлять меня к ней – я привыкла к классу, дома меня никто не любил особо, но хотя бы было спокойно, я боялась ехать с тётей, которой меня пугали, и которую я боялась за вспышки агрессии. Бабушка, посовещавшись, согласилась, что пусть я уж останусь, доучусь в школе.
Потом я поступила в Кемеровский институт (где защитила 2 диплома – бакалавра и инженера) и ездила к матери на каникулах (бабушка отправляла). Один раз, приехав, от неё лет в 20 я сказала бабушке, что отказываюсь больше туда ездить и видеть пьянки и драки, крики «я отравлюсь, я сброшусь с окна», ножи в руках, постоянных мужиков в доме, постоянное враньё о своей жизни, потому что на Урал мы ездили редко, а приезжая в Барабинск она хвастала как хорошо живёт. Что я хочу, чтоб эта женщина была как можно дальше от меня и моей жизни. Потому что я хочу жить по- другому. Бабушка плакала и рассказывала, как она хотела, чтоб мы общались, сколько они натерпелись от матери, почему она такая и ничего нельзя сделать. После учёбы в Кемерово я приехала в Новосибирск в 1997 году и устроилась на хлебозавод технологом, жила в общежитии.

Итак, мать жила на Урале, приезжала, забирала овощи – фрукты, деньги – и обратно.
Бабушке помогали – младшая дочь – Ольга с мужем Сергеем Мамочкиным, я до 16 лет, потом присоединились Лена внучка вторая и с мужем Егором Флягиным.
Бабушка имела счёт в банке на т. Олю, думала, что она её будет хоронить.
Когда умер дедушка, на похоронах был скандал. Дядя сорвал помидорку в огороде и принёс в дом показать, какая она красивая выросла. Мать это разозлило, она стала кричать « ты, что тут себя хозяином почувствовал? ты эту помидорку растил??? я её берегла, поворачивала к солнцу, а ты её сорвал!!!». Было много народу, бабушка стала её успокаивать, и тогда она ей закричала « Ты вообще заткнись, а то вслед за папой пойдёшь!!!». Тётя Оля затолкала и закрыла её в кладовке.
Ещё небольшая история, об отношении её к бабушке. Когда тётя заболела и не могла помогать бабушке, она попросила приехать мать чтоб она помогла бабушке. Мать была уже на пенсии. Просили мы её 3 месяца! Она всем говорила, что ей некогда, работа, кредит за шубу, … «-что? всё плохо? Что, правда, надо приехать? Потерпите».
Когда же она приехала, она кричала на бабушку когда её мыла в ванной, тётя попросила « не обижать маму – она старенькая…» на что она возмутилась – «почему она меня не слушает???». Когда мать находилась у бабушки, они звонили дяде, чтоб он приезжал и топил печь, когда я спрашивала у матери, почему она не топит печь, она смеялась и говорила – « Чё, смешная? Я не умею!»
Потом Лена Флягина встретила мать на рынке Барабинска, та плакала и говорила как ей с бабушкой тяжело, просила занять 2 тыс. на обратную дорогу.
После смерти тёти Оли в апреле 2009 года на поминках она опять устроила скандал, находясь в квартире Мамочкиных, кричала, что дядя алкаш, а мы все сдохнем…
После этого мы с матерью больше не общались.
Я была беременная вторым сыном.
Хочу заметить, что когда мы спрашивали бабушку, может вы с матерью вместе поживёте – две пенсионерки… у нас с Леной были маленькие дети и мы не могли каждый день бывать у бабушки (хотя Лена и дядя почти каждый день её навещали и помогали – они жили в одном городе и не бросали бабушку), бабушка категорично отвечала – «не надо! Она мне жизнь укорачивает»! А потом 2 раза рассказывала как однажды мать, ругаясь с бабушкой, закричала со злобой: «Что вылупилась как дура? Сдохнуть никак не можешь!!»
Когда с ней начинаешь об этом, говорить она говорит, что люди всё наговаривают, что это сплетни и хотят нас поссорить.
Мать жила в Челябинске. Всё это время Мамочкин С.Е. и Флягина Е.С. ухаживали за бабушкой – привозили еду, лекарства, и ухаживали за огородом.

И тут, бабушка решила сделать завещание… В 2009 году….
Позвонила нам троим – Хабаровой Л.А., Лене Флягиной и мне и сообщила, что решила разделить в равных долях между нами своё имущество (у Лены есть это завещание). Мы ответили – бабушка, это твоё дело, как решишь – так и будет, живи подольше.
Но матери это не понравилось, и она стала звонить, плакать и ругаться. « Я - твоя единственная дочь – ты должна всё переписать мне!».
Я с 14 лет поняла, что никому особо не нужна и нечего мне ни от кого ждать, поэтому воспринимала спокойно бабушкино решение. Они с дедом это наживали – им и распоряжаться.
Бабушка стала забывать, куда кладёт документы, деньги и чтоб не потерялись - отдала Лене Флягиной на хранение документы (паспорт, домовую книгу, сберкнижку на своё имя – дядя заказывал и привозил бабушке уголь на зиму).
Всё это время Мамочкин С.Е. и Флягина Е.С. ухаживали за бабушкой – привозили еду, лекарства, ухаживали за огородом. Но когда приезжала мать – они прекращали ездить к бабушке, не желая с Хабаровой связываться и смотреть на её поведение и оскорбления.
В 2009 году, осенью (я беременная, 6 -7 месяцев), приехала мать и стала уговаривать бабушку переделать завещание с доводами – с тобой что случиться – ухаживать буду я за тобой, а им – за что? При этом – звонила Флягиной Е. и требовала привезти все сберкнижки бабушки и документы угрожая и оскорбляя их. Лена ответила, что когда этого захочет бабушка и скажет ей - она сразу привезёт. Мать стала наседать на бабушку и бабушка попросила привезти, а когда матери не было, звонила и говорила Лене – «не обращайте внимания, когда эта дура уедет – мы будем жить по-прежнему!». Мать делала всё, чтобы поругать Лену с дядей с бабушкой.
Тут звонит мне тётя, проживающая в Новосибирске, и говорит:
« - Юля! Она там каждый день бабушку трясёт, чтоб та на неё всё переписала, бабушка уже в таком состоянии! Это несправедливо! У вас же дети! Она одна! Юля! Езжай и разберись!». Я ответила что с животом не поеду ругаться с матерью, мне стыдно делить что-то при живой бабушке, как бабушка решит – пусть так и будет. Пусть заберёт мать всё – только чтоб я о ней не слышала больше.
В итоге после месяца стараний матери, бабушка переделывает завещание и по телефону сообщает мне – «Ты знаешь, я сделала завещание – половину – матери, вторую половину между вами с Леной». Я ответила – бабушка – это твоё решение, зря только матери сказала – ты ведь её знаешь – она теперь житья не даст ни тебе, ни нам. Сразу после переделывания завещания, мать уезжает в Челябинск.
После её отъезда, бабушка звонит нам и говорит – что не может найти документы и норковую шапку. Звонит матери в Челябинск – а та смеётся: «я взяла документы сделать ксерокопию – а то в Барабинске дорого». Бабушка попросила вернуть, но та только посмеялась. А шапка… а зачем она тебе?
Весной 2011 бабушка стала чувствовать себя хуже и просила мать приехать, пожить с ней. Ждала её с апреля и каждый день говорила – Лиля приехала, потом через день что Лиля была но уехала.
Наконец, третьего июля приехала мать, а через 2 дня у бабушки случился инсульт и она попала в больницу. Мы через врачей в больнице узнавали о самочувствии бабушки – они могут подтвердить это. Потом, когда бабушку перевели в терапию, Лена приехала к ней в неприёмные часы – бабушка обрадовалась, сказала, что её тут хорошо кормят.
После выписки бабушка прожила 14 дней.