Голь, нищета. Дома разваливаются, плесень. В поселке даже нет питьевой воды, ибо не могут проложить нормальные трубы — старый водопровод заржавел. Воду в Утяшево завозят то ли дважды, то ли трижды в неделю. Но это — к слову.
Первой у нас была неграмотная бабушка. То есть, она реально не умеет ни читать, ни писать. Несколько лет не выходит из дома — болеет. «Я за Путина! За Путина я!». Бабульку распирало от собственной значимости — дали приобщиться к кредиту доверия. Стоит отметить, что комиссию старички ждали трепетно. Наряжались в лучшие халаты, паспорта готовили загодя. Очень нервничали и злились, что мы опаздывали. Они ведь так хотели отдать свой голос Путину.
Теперь — немного голых фактов. Объяснение мотивов (их никто не спрашивал, я, как полагается, сразу шикнула про тайну голосования, но старички ее блюсти не хотели — они сами рассказывали — кто мог — за кого голосовал и почему). Вот эти «почему»:
- Все, поди, за Путина-та-а-а-а? Ну и я за Путина, - ставит галочку и раздувается от гордости, что удалось, как всем.
- В телевизере-та-а-а-а окромя Путина других не кажут. Знаю я ве-е-едь, там плохих не дёржут. Путин, выходит, лучший, коли его кажут?
- Столько лет человек у власти, все уже знает, все умеет. Не подведет однако нас, стариков?
- Да я и не знаю никого, кроме Путина.
Те, кто голосовал против, ничего не объясняли. Тайну голосования решили соблюдать только двое — муж и жена. Когда посчитали бюллетени, выяснила, что один голосовал за Зюганова, другой — за Миронова.
Впрочем, одна бабушка объяснила. Она была слепая. Соцработник прочитал ей список кандидатов. Бабушка сказала:
- Зюганов. Он брат мой.
Я, конечно, удивилась. Но соцработник быстро привела меня в чувство:
- Да она всю жизнь коммунистка, вот и брат он ей.
Я спросила бабушку, можно ли сфотографировать. Пока я снимала, бабушка, сказала:
- Девонька, ты тута? А, может, мне так жить надоело?
Бабульку эту соцработник уже много лет запирает. Отпирает дверь, чтобы накормить. Якобы для безопасности. Были у нас еще двое таких голосующих: отперли, заперли. Обязательно этой темой займусь. Что еще за милосердие?
Ах, да, я же не об оппозиционарх пишу. Пишу об источниках стабильности.
Довели меня до слез они. Ходила по этим халупам, смотрела на грязь, прятала нос от вони (в деревенских домах нищеты страшно воняет: смесь дурной еды, переполненного септика и нестиранных пеленок — теперь я знаю запах крайней бедности). Ходила и плакала — не было сил надеяться на лучшую жизнь, пока власть нам выбирают такие, как все.